О ВЛИЯНИИ СЕРОТОНИНА НА СОЦИАЛЬНОЕ ПОВЕДЕНИЕ (ЛИТОБЗОР В ТРЕХ ЧАСТЯХ)
Часть 1
Повышение активности серотонина в ЦНС не только снижает тревогу и депрессию, одновременно ухудшая некоторые когнитивные функции за счет в основном блокирующего действия на дофамин, норадреналин и ацетилхолин, но и оказывает также существенное воздействие на социальное поведение. В частности, более высокая активность серотонина ЦНС ведет к снижении агрессивности (особенно – импульсивной), смещает поведение в сторону избегания причинения вреда другому человеку, повышает уступчивость поведения, повышает предрасположенность к сотрудничеству (кооперативному поведению), повышает чувствительность к наказанию и снижает предрасположенность к рискованному поведению. КАКИЕ ИМЕЮТСЯ ДОКАЗАТЕЛЬСТВА ЭТОГО?
КРАТКИЙ ЛИТОБЗОР:
Литобзор по обсуждению генетических полиморфизмов серотониновой системы и их связи с социальным познанием и поведением можно посмотреть здесь:
Skuse, D. 2006. Genetic influences on the neural basis of social cognition. Philos. Trans. R. Soc. B: Biol. Sci. 361: 2129–2141.
Всеобъемлющий обзор связи серотонина и социального поведения (и у животных, и у людей) см. здесь:
Kiser, D. et al. 2012. The reciprocal interaction between serotonin and social behaviour. Neurosci. Biobehav. Rev. 36: 786–798.
Литобзор влияния серотонина на социальное поведение, узко сосредоточенный конкретно на исследованиях, проведенных на людях с использованием контролируемых экспериментальных манипуляций с серотониновой системой в лаборатории, см. здесь:
Siegel, J. Z., & Crockett, M. J. How serotonin shapes moral judgment and behavior. Ann. N.Y. Acad. Sci. 1299 (2013) P: 42–51; © 2013. The Authors. Annals of the New York Academy of Sciences 51 published by Wiley Periodicals Inc. on behalf of The New York Academy of Sciences. https://nyaspubs.onlinelibrary.wiley.com/doi/pdf/10.1111/nyas.12229
Здесь и сейчас мы предлагаем вам краткий конспект последнего из названных литобзоров. Главный вывод, к которому мы в результате подведем, состоит в том, что серотонин влияет на социальное поведение, изменяя социальные предпочтения в положительном направлении, повышая у людей ценность того, чтобы ставить на результаты других (то есть, снижаются агрессия и эгоизм, и, напротив, повышаются уступчивость и кооперативность поведения).
В части обозреваемых работ использованы три стандартные для современных психологических и нейрофизиологических экспериментальных исследований морального поведения человека моральные дилеммы. Это «дилемма вагонетки», «дилемма заключенного» и «игра в ультиматум» (UG). Чтобы было ясно, о чем речь, напомним их суть.
КЛАССИЧЕСКАЯ ФОРМУЛИРОВКА «ДИЛЕММЫ ЗАКЛЮЧЁННОГО» ТАКОВА: Двое преступников — А и Б — попались примерно в одно и то же время на сходных преступлениях. Есть основания полагать, что они действовали по сговору, и полиция, изолировав их друг от друга, предлагает им одну и ту же сделку: если один свидетельствует против другого, а тот хранит молчание, то первый освобождается за помощь следствию, а второй получает максимальный срок лишения свободы (10 лет). Если оба молчат, их деяние проходит по более лёгкой статье, и каждый из них приговаривается к полугоду тюрьмы. Если оба свидетельствуют друг против друга, они получают минимальный срок (по 2 года). Каждый заключённый выбирает, молчать или свидетельствовать против другого. Однако ни один из них не знает точно, что сделает другой. Что произойдёт? Испытуемому предлагается выбрать свою линию поведения в качестве заключенного. Это фундаментальная проблема в теории игр, согласно которой рациональные игроки не всегда будут сотрудничать друг с другом, даже если это в их интересах. Если каждый игрок («заключённый») максимизирует свой собственный выигрыш, не заботясь о выгоде других, то наиболее выгодной стратегией оказывается предательство товарища.
Представим рассуждения одного из узников с точки зрения эгоцентрического поведения. Если партнёр молчит, то лучше его предать и выйти на свободу (иначе — полгода тюрьмы). Если партнёр свидетельствует, то лучше тоже предать и свидетельствовать против него, чтобы получить 2 года (иначе — 10 лет) тюрьмы. Стратегия «свидетельствовать» строго доминирует над стратегией «молчать». Аналогично другой узник приходит к тому же выводу.
С точки же зрения кооперативной группы (этих двух узников), лучше всего, напротив, сотрудничать друг с другом, совместно хранить молчание и получить лишь по полгода, так как это уменьшит суммарный срок заключения. Любое другое решение будет менее выгодным.
МОРАЛЬНАЯ ДИЛЕММА С ВАГОНЕТКОЙ. Груженая вагонетка с испорченными тормозами мчится по рельсам и грозит задавить в лепешку скопившихся в конце штрека большую группу шахтеров. В первом «мягком» варианте дилеммы у испытуемого есть выбор – нажать ли кнопку, которая переведет вагонетку на другой путь, где она задавит только одного шахтера (который, однако, остался бы жив, если бы испытуемый ничего не предпринял). Во втором, «жестком» варианте дилеммы (и более эмоциогенном, требующем к тому же непосредственного физического насильственного действия в отношения другого человека) выбор испытуемого более суров. Вместо нажатия кнопки надо столкнуть своими руками рабочего-толстяка на рельсы, чтобы остановить его телом вагонетку и тем самым спасти намного больше жизней. Вопрос: какое решение выберет испытуемый? Действовать или не действовать? Люди, которые показывают самые сильные физиологические реакции на демонстрацию актов насилия, с наименьшей вероятностью одобряют причинение вреда одному, чтобы спасти многих других (в обоих вариантах дилеммы, и мягком, и жестком) [32]
32. Cushman, F. & L. Young. 2011. Patterns of moral judgment derive from nonmoral psychological representations. Cogn. Sci. 35: 1052–1075.
ИГРА В УЛЬТИМАТУМ состоит в том, что на каждом этапе двум игрокам (не видящим друг друга, остающимся друг для друга анонимными) устроители эксперимента предлагают некую денежную сумму, которую игроки должны между собою поделить. Причем торговаться нельзя, есть только одно предложение, накоторое надо тут же среагировать. Претендент должен предложить разделение суммы ответчику, который должен принять решение либо принять, либо отклонить это предложение. Если ответчик принимает предложение, оплачиваются оба игрока; если он отклоняет, ни один из них не оплачивается. Совершенно эгоистичные респонденты примут любое ненулевое предложение, но респонденты, предпочитающие честность или взаимность, отклонят предложения, которые будут сочтены несправедливыми или оскорбительными —обычно менее 30% от ставки. Дилемма этой игры состоит в балансе нескольких разных мотиваций. Одна – стремление к максимальному личному итоговому доходу. Другая – стремление наказать нечестного партнера, все время тянущего одеяло на себя. Третья – стремление не обидеть партнера (как по моральным соображениям, так и чтобы не вызвать его дальнейшую агрессию против себя, что может сократить твой доход)
====================
Серотонин более концентрирован в одних определенных структурах мозга, чем в других. Анатомические исследования иллюстрируют
самые высокие концентрации серотонина в различных лимбических структурах, таких как поясная, энторинальная, островковая и височная области, а также вентральные и паллидарные области стриатума (полосатого тела) [1] и медиальная орбитофронтальная кора. [2] Примечательно, что этот
набор регионов имеет поразительное сходство с так называемым социальным мозгом [3] -теми регионами, которые поддерживают социальное познание и принятие решений.
1. Varnas, K., C. Halldin & H. Hall. 2004. Autoradiographic distribution of serotonin transporters and receptor subtypes in human brain. Hum. Brain Mapp. 22: 246–260.
2. Way, B.M. et al. 2007. Architectonic distribution of the serotonin transporter within the orbitofrontal cortex of the vervet monkey. Neuroscience 148: 937–948.
3. Sanfey, A.G. 2007. Social decision-making: insights from game theory and neuroscience. Science 318: 598–602.
Функции серотонина как правило, положительно связаны с просоциальным поведением, например, уходом (заботой), сотрудничеством, принадлежностью (социальной включенностью), и, как правило, негативно связаны и скоррелированы с антисоциальным поведением, таким, как агрессия или социальная изоляция. [12-19]
12. Doudet, D. et al. 1995. Cerebral glucose metabolism, CSF 5-HIAA levels, and aggressive behavior in rhesus monkeys. Am. J. Psychiatr. 152: 1782–1787.
13. Higley, J. et al. 1996. Stability of interindividual differences in serotonin function and its relationship to severe aggression and competent social behavior in rhesus macaque females. Neuropsychopharmacology 14: 67–76.
14. Higley, J.D. et al. 1992. Cerebrospinal fluid monoamine and adrenal correlates of aggression in free-ranging rhesus monkeys. Arch. Gen. Psychiatr. 49: 436.
15. Raleigh, M. et al. 1980. Serotonergic influences on the social behavior of vervet monkeys (Cercopithecus aethiops sabaeus). Exp. Neurol. 68: 322–334.
16. Linnoila, M. et al. 1983. Low cerebrospinal fluid 5-hydroxyindoleacetic acid concentration differentiates impulsive from nonimpulsive violent behavior. Life Sci. 33: 2609–2614.
17. Krakowski, M. 2003. Violence and serotonin: influence of impulse control, affect regulation, and social functioning. J. Neuropsychiatr. Clin. Neurosci. 15: 294–305.
18. Moskowitz, D. et al. 2001. The effect of tryptophan on social interaction in everyday life-a placebo-controlled study. Neuropsychopharmacology 25: 277–289.
19. Knutson, B. et al. 1998. Selective alteration of personality and social behavior by serotonergic intervention. Am. J. Psychiatr. 155: 373–379.
Недавний метаанализ, охватывающий 175 независимых выборок и более 6500 участников экспериментов, обнаружил надежную обратную связь между серотонином и агрессией, но не смог определить конкретные факторы, объясняющие неоднородность результатов исследования. [23]
23. Duke, A.A.et al. 2013. Revisiting the serotonin—aggression relation in humans: a meta-analysis. Psychol. Bull. Feb. 4.
Ранние исследования на крысах показали, что глобальное истощение серотонина в мозге сделало их нечувствительными к наказанию [45].
45. Tye, N., B. Everitt & S.D. Iversen. 1977. 5-Hydroxytryptamine and punishment. Nature 268: 741–743.
У людей уровни серотонина положительно коррелируют с личностными чертами, избегающими причинения другим людям вреда [46,47].
46. Gerra, G.et al. 2000. Neuroendocrine correlates of temperamental traits in humans. Psychoneuroendocrinology 25(5): 479–496.
47. Hansenne, M. & M. Ansseau. 1999. Harm avoidance and serotonin. Biol. Psychol. 51: 77–81.
СЕРОТОНИН увеличивает страх перед наказанием , усиливает избегающее поведение, и тормозит поведение опасного сближения.
Одна из современных гипотез заключается в том, что серотонин играет ключевую роль на пересечении отвращения и торможения. В нормальных условиях наличие неблагоприятных исходов приводит к поведенческому торможению, которое может проявляться в снижении вероятности действия или замедлении времени отклика.
Умеренное истощение серотонина мозга у людей устраняет это вызываемое отвращением поведенческое торможение, тем самым повышая импульсивность [4,55,56], что позволяет предположить, что серотонин важен для поощрения подавления поведения или отказа от него перед лицом вызывающих отвращение прогнозов.
Обратите внимание, что поведенческое торможение в ответ на неблагоприятные исходы отражает по крайней мере два одновременных процесса: инструментальные неблагоприятные прогнозы, связывающие действия в отношении непосредственных результатов и отталкивающие прогнозы на основе павловских условных рефлексов, связывающие стимулы и контексты с результатами. Последние данные свидетельствуют о том, что серотонин опосредует реакции на последний, павловский процесс; истощение серотонина устраняет торможение реакций в присутствии вызывающих отвращение стимулов, независимо от того, привели ли сами реакции к наказанию [56].
4. Crockett, M.J., L. Clark & T.W. Robbins. 2009. Reconciling the role of serotonin in behavioral inhibition and aversion: acute tryptophan depletion abolishes punishment-induced inhibition in humans. J. Neurosci. 29: 11993–11999.
55. Crockett, M. et al. 2011. Converging evidence for central 5-HT effects in acute tryptophan depletion. Mol. Psychiatr. 17: 121–123.
56. Crockett, M.J. et al. 2012. Serotonin modulates the effects of pavlovian aversive predictions on response vigor. Neuropsychopharmacology 37(10): 2244–2252.
В нейровизуализационных исследованиях моральных суждений было показано, что когда происходит восприятие или мысленное моделированимне ситуаций с вредным действием, направленным против другого человека, то это задействует участки мозга с высокой плотностью серотонина, в том числе в передней поясной коре, вентромедиальной префронтальной коре (vmPFC), миндалевидном теле и стриатуме. [34,40,42,57].
34. Greene, J.D. et al. 2001. An fMRI investigation of emotional engagement in moral judgment. Science 293: 2105–2108.
40. Greene, J.D. et al. 2004. The neural bases of cognitive conflict and control in moral judgment. Neuron 44: 389.
42. Shenhav, A. & J.D. Greene. 2010. Moral judgments recruit domain-general valuation mechanisms to integrate representations of probability and magnitude. Neuron 67: 667–677.
57. Kedia, G. ´ et al. 2008. An agent harms a victim: a functional magnetic resonance imaging study on specific moral emotions. J. Cogn. Neurosci. 20: 1788–1798.
Пациенты с повреждением vmPFC показывают нарушения в моральных суждениях и нормальному отвращению к вреду в том смысле, что они,
скорее всего, одобрят нанесение вреда одному человеку, чтобы спасти многих других. [58,59]
58. Koenigs, M. et al. 2007. Damage to the prefrontal cortex increases utilitarian moral judgements. Nature 446: 908–911.
59. Ciaramelli, E.et al. 2007. Selective deficit in personal moral judgment following damage to ventromedial prefrontal cortex. Soc. Cogn. Affect. Neurosci. 2: 84–92.
СЕРОТОНИН УСИЛИВАЕТ НЕПРИЯТИЕ НАНЕСЕНИЯ ВРЕДА КОНКРЕТНОМУ ЧЕЛОВЕКУ ПРИ МОРАЛЬНОМ СУЖДЕНИИ.
Крокетт и др. [60]проверили эту гипотезу, исследовав влияние селективного ингибитора обратного захвата серотонина (СИОЗС) циталопрама на моральные суждения в ряде моральных дилемм. Циталопрам усиливает функцию серотонина, блокируя его обратный захват в пресинаптическом терминале после высвобождения, тем самым продлевая его действие в синапсе. По сравнению как с атомоксетином (ингибитором обратного захвата норадреналина), так и с плацебо, циталопрам снижал вероятность того, что люди одобрят причинение вреда одному (конкретному и находящемуся рядом), чтобы спасти многих других (более абстрактных и безымянных для актора). Другими словами, циталопрам усиливал неприятие нанесения вреда конкретному близко расположенному человеку при моральном суждении [60]. Ингибитор обратного захвата серотонина циталопрам снижал вероятность того, что субъекты одобрят причинение вреда одному человеку, чтобы спасти многих других, особенно когда вред был эмоционально значимым. (то есть в том варианте известной моральной дилеммы с тележкой, когда надо не просто нажать кнопку, а своими руками столкнуть одного человека на рельсы, чтобы спасти множество других).
Однако испытуемые с более низкими показателями эмпатии (измеренной по индексу межличностной реактивности, опросник [61]) почти не показали влияния циталопрама на моральные суждения; эффект препарата в группе в целом был почти полностью обусловлен испытуемыми с более высокими показателями эмпатии, которые показали сильное влияние циталопрама на суждения. То есть субъекты с высоким уровнем эмпатии могут обладать более высоким уровнем отвращения к вреду на исходном уровне, который был лишь дополнительно усилен циталопрамом.
60. Crockett, M.J. et al. 2010. Serotonin selectively influences moral judgment and behavior through effects on harm aversion. Proc. Natl. Acad. Sci. 107: 17433–17438.
61. Davis, M.H., C. Luce & S.J. Kraus. 1994. The heritability of characteristics associated with dispositional empathy. J. Pers. 62: 369–391.
См. продолж. далее…

О ВЛИЯНИИ СЕРОТОНИНА НА СОЦИАЛЬНОЕ ПОВЕДЕНИЕ (ЛИТОБЗОР В ТРЕХ ЧАСТЯХ)
Часть 2 (продолжение обзора):
Напомним данные, свидетельствующие о том, что серотонин имеет решающее значение для перевода отвращения к неприемлемым по моральным причинам ситуациям (то есть условно-рефлекторным сигналам) в поведенческое торможение. [56]
Если аналогичный процесс разворачивается по мере того, как испытуемые размышляют над моральными дилеммами, то усиление функции серотонина может повысить восприимчивость испытуемых к вызывающим отвращение условно-рефлекторным сигналам, присутствующим в описаниях моральных дилемм, делая испытуемых более неприязненными к предлагаемому вредному действию и более склонными к его неодобрению. Результаты, описанные у Крокетт и др. [60], согласуются с этим предложением.
---------------
56. Crockett, M.J. et al. 2012. Serotonin modulates the effects of pavlovian aversive predictions on response vigor. Neuropsychopharmacology 37(10): 2244–2252.
60. Crockett, M.J. et al. 2010. Serotonin selectively influences moral judgment and behavior through effects on harm aversion. Proc. Natl. Acad. Sci. 107: 17433–17438.
Кооперативное поведение в социальных дилеммах было связано с функцией серотонина. Одно исследование показало,
что после 2-недельного лечения циталопрамом участники значительно реже вели себя эгоистично в модифицированной версии дилеммы
заключенного, которая позволяла участникам по их выбору действовать эгоистично, совместно или милосердно. [66]
Умеренное снижение уровня серотонина в мозге привело к противоположному эффекту, то есть снижало кооперативное сотрудничество в дилемме заключенного. [67] Эти результаты свидетельствуют о том, что функция серотонина связана с положительными социальными предпочтениями, то есть положительной оценкой для себя также и результатов других.
--------—
66. Tse, W.S. & A.J. Bond. 2002. Difference in serotonergic and noradrenergic regulation of human social behaviours. Psychopharmacology 159: 216–221.
67. Wood, R.M. et al. 2006. Effects of tryptophan depletion on the performance of an iterated Prisoner’s Dilemma game in healthy adults. Neuropsychopharmacology 31: 1075–1084.
СЕРОТОНИН ПОВЫШАЕТ УСТУПЧИВОСТЬ НА ПЕРЕГОВОРАХ, В ТОМ ЧИСЛЕ ПО ОТНОШЕНИЮ К НЕСПРАВЕДЛИВЫМ ПРЕДЛОЖЕНИЯМ
Предпочтения в отношении отрицательной взаимности и справедливости были тщательно изучены с использованием игры в ультиматум (UG). Напоминаем, UG состоит из двух игроков, предлагающего и отвечающего, которые должны договориться о способе распределения суммы денег, иначе ни один из них ничего не получит. Претендент должен предложить разделение сумма ответчику, который должен принять решение либо принять, либо отклонить это предложение. Если ответчик принимает предложение, оплачиваются оба игрока; если он отклоняет, ни один из них не оплачивается. Совершенно эгоистичные респонденты примут любое ненулевое предложение, но респонденты, предпочитающие честность или взаимность, отклонят предложения, которые будут сочтены несправедливыми—обычно менее 30% от ставки.
В нескольких исследованиях изучалась взаимосвязь между функцией серотонина и поведением респондентов в УГ. Эммануэле и др. [69] сообщили, что уровни серотонина в тромбоцитах обратно коррелировали с частотой отторжения респондентами поступивших «несправедливых» предложений. Однако, учитывая, что серотонин не проникает через гематоэнцефалический барьер, уровни в плазме могут не соответствовать центральным уровням серотонина. Более недавнее исследование показало, что плотность транспортеров серотонина в дорсальном ядре шва—косвенная мера активной функции серотонина—тоже обратно коррелировала с частотой отторжения респондентов. [70] Хотя эти исследования уже предполагают связь между серотонином и предпочтениями в отношении справедливости и взаимности, прямые фармакологические манипуляции дополнительно подкрепили эти утверждения причинно-следственными доказательствами.
Крокетт и др. [71] исследовали влияние снижения доступности серотонина на поведение респондентов в UG. Респонденты с большей вероятностью отклоняли несправедливые предложения после истощения центрального серотонина по сравнению с плацебо. [71] Последующее исследование [72] проверило, окажет ли, наоборот, УСИЛЕНИЕ функции серотонина с помощью циталопрама (SSRI, ингибитора обратного захвата серотонина) противоположный эффект на поведение отторжения. По сравнению как с плацебо, так и с ингибитором обратного захвата норадреналина атомоксетином, циталопрам, действительно, снижал частоту отказов респондентов от «несправедливых предложений», мотивированных желанием наказать партнера (а заодно и себя), в UG. [72]
-----------—
69. Emanuele, E.et al. 2008. Relationship between platelet serotonin content and rejections of unfair offers in the ultimatum game. Neurosci. Lett. 437: 158–161.
70. Takahashi, H.et al. 2012. Honesty mediates the relationship between serotonin and reaction to unfairness. Proc. Natl. Acad. Sci. 109: 4281–4284.
71. Crockett, M.J. et al. 2008. Serotonin modulates behavioral reactions to unfairness. Science 320: 1739.
72. Crockett, M.J. et al. 2010. Impulsive choice and altruistic punishment are correlated and increase in tandem with serotonin depletion. Emotion 10: 855.
Предыдущие исследования нейровизуализации показали, что справедливые социальные обмены стимулируют активность в вентральном стриатуме и медиальном PFC [74-76], потому можно предположить, что активность в этих регионах отражает предпочтения в отношении справедливости.
Крокетт и др. [73] исследовали влияние истощения серотонина на реакции вентрального стриатума и медиальной PFC на получение справедливых предложений в UG и обнаружили, что истощение серотонина притупляет реакцию этих регионов мозга на справедливость. Таким образом, уровни серотонина, по-видимому, положительно коррелируют с (нейронными) предпочтениями в отношении справедливости.
Между тем, отрицательная взаимность (это когда несправедливые предложения партнера вызывают реакцию возмущения и отвергаются, с денежным проигрышем для обоих) была связана с активацией в дорсальном (то есть заднем) стриатуме. Нейровизуализационные исследования обнаружили активацию в дорсальном стриатуме во время ответных действий как после личного приема несправедливого предложения, так и после пассивного наблюдения за несправедливым поведением других игроков. [77,78]. Эта активность наблюдалась только в случае эффективного наказания нарушителя норм справедливости; символические ответные действия (вроде ругани), которые не уменьшали выигрыш нарушителя нормы, не стимулировали активность в дорсальном стриатуме [78] Кроме того, величина дорсальной стриатальной активности была прямо скоррелирована с суммой, которую субъект был готов заплатить, чтобы наказать нарушителя.
В совокупности эти результаты свидетельствуют о том, что дорсальный стриатум сигнализирует об инструментальной ценности отрицательной взаимности, что согласуется с его более широкой ролью в целенаправленной обработке вознаграждения. [79]
Крокетт и др. [73] продемонстрировали, что истощение серотонина усиливало реакции в дорсальном полосатом теле во время отказа от несправедливых предложений в игре в ультиматум (UG) по сравнению с плацебо. Этот эффект был характерен для испытаний, в которых испытуемые активно отвергали несправедливые предложения, по сравнению с испытаниями, в которых испытуемые просто получали несправедливые предложения, но не имели возможности отклонить их. Более того, влияние манипуляции серотонином на активность дорсального стриатума было положительно коррелировано с влиянием манипуляции серотонином на поведение отторжения несправедливых предложений в игре. Эти результаты свидетельствуют о том, что спинной стриатум играет причинно-следственную роль в отрицательной взаимности и что уровни серотонина отрицательно коррелируют с нейронными и поведенческими предпочтениями в отношении отрицательной взаимности. То есть чем серотонина меньше, тем с большей вероятностью игрок захочет наказать партнера-нарушителя, даже в ущерб своим собственным экономическим интересам.
-----------—
73. Crockett, M.J. et al. 2013. Serotonin modulates striatal responses to fairness and retaliation in humans. J. Neurosci. 33: 3505–3513.
74. Tabibnia, G., A.B. Satpute & M.D. Lieberman. 2008. The sunny side of fairness preference for fairness activates reward circuitry (and disregarding unfairness activates selfcontrol circuitry). Psychol. Sci. 19: 339–347.
75. Zaki, J. & J.P. Mitchell. 2011. Equitable decision making is associated with neural markers of intrinsic value. Proc. Natl. Acad. Sci. 108: 19761–19766.
76. Tricomi, E. et al. 2010. Neural evidence for inequality-averse social preferences. Nature 463: 1089–1091.
77. Strobel, A. et al. 2011. Beyond revenge: neural and genetic bases of altruistic punishment. Neuroimage 54: 671–680.
78. Quervain, D.J.F. et al. 2004. The neural basis of altruistic punishment. Science 305: 1254–1258.
79. O’Doherty, J. et al. 2004. Dissociable roles of ventral and dorsal striatum in instrumental conditioning. Science 304: 452–454.
Таким образом, серотонин усиливает нейронные представления о положительных социальных предпочтениях, в то время как истощение серотонина смещает вычисления нейронной ценности в сторону эгоистичных или даже негативных социальных предпочтений. Эта точка зрения согласуется с более ранними поведенческими исследованиями, указывающими на положительную корреляцию между функцией серотонина и просоциальным поведением, но идет еще дальше, предлагая модель, как серотонин влияет на предпочтения, которые управляют этим поведением
Позитивные социальные предпочтения - альтруисты готовы пожертвовать частью своей выгоды ради блага других. Негативные социальные предпочтения - злобные люди готовы пожертвовать частью своей выгоды, чтобы уменьшить выгоды других и наказать других, принеся им вред. Надо предполагать, что серотонин смещает социальные предпочтения в положительную (альтруистическую) сторону.
Так, Крокетт и др. [71,73] продемонстрировали, что истощение серотонина усиливает негативные социальные предпочтения в условиях невыгодного неравенства, в то время как повышение серотонина уменьшает негативные социальные предпочтения в этой обстановке.
-------------—
71. Crockett, M.J. et al. 2008. Serotonin modulates behavioral reactions to unfairness. Science 320: 1739.
73. Crockett, M.J. et al. 2013. Serotonin modulates striatal responses to fairness and retaliation in humans. J. Neurosci. 33: 3505–3513.
Исследования показали, что структура и функции областей мозга, участвующих в ментализации, таких как височно-теменное соединение (TPJ) и верхняя височная борозда, могут предсказывать положительные социальные предпочтения и последующую щедрость. [94,95]. Аналогичным образом, области, связанные с эмпатией, такие как передний островок и передняя поясная кора, чувствительны к моральному статусу других людей [96] и коррелируют с альтруистической помощью. [97,98]. Таким образом, все еще остается открытым вопрос о том, модулирует ли серотонин моральное поведение косвенно, влияя на эмпатические представления в TPJ, островке и передней поясной коре или же напрямую, изменяя нейронные вычисления социальных предпочтений в стриатуме и медиальной PFC. Хотя первоначальные данные подтверждают последнюю точку зрения [73], но в этой области еще необходима дальнейшая работа, чтобы понять, как индивидуальные различия в эмпатии смягчают влияние серотонина на моральные суждения и поведение. [72]
---------------—
72. Crockett, M.J. et al. 2010. Impulsive choice and altruistic punishment are correlated and increase in tandem with serotonin depletion. Emotion 10: 855.
73. Crockett, M.J. et al. 2013. Serotonin modulates striatal responses to fairness and retaliation in humans. J. Neurosci. 33: 3505–3513.
94. Morishima, Y. et al. 2012. Linking brain structure and activation in temporoparietal junction to explain the neurobiology of human altruism. Neuron 75: 73–79.
95. Hare, R.D. & C.S. Neumann. 2010. The role of antisociality in the psychopathy construct: comment on Skeem and Cooke (2010). Psychol. Assess. 22: 446–454.
96. Singer, T. et al. 2006. Empathic neural responses are modulated by the perceived fairness of others. Nature 439: 466–469.
97. FeldmanHall, O. et al. 2012. Differential neural circuitry and self-interest in real vs hypothetical moral decisions. Soc. Cogn. Affect. Neurosci. 7: 743–751.
98. Hein, G. et al. 2010. Neural responses to ingroup and outgroup members’ suffering predict individual differences in costly helping. Neuron 68: 149–160.
-----------------
Окончание обзора в следующем посте

Мы подготовили БОЛЬШОЙ ЛИТОБЗОР о роли серотонина и других нейроагентов в социальном статусе особи, собрав воедино всю доступную по этой теме литературу. Обзор довольно уникален - на эту тему подобного нет ни на русскоязычных, ни на англоязычных ресурсах. Надеемся, той части наших “научно продвинутых” читателей, которые всерьез интересуются нейронауками, а также эволюционной или социальной биологией, он будет полезен.
Скачать полный документ с обзором можно по этому адресу:
http://otkroysebya.ru/5-HT_and_STATUS.docx
Мы также и отдельно прикрепляем этот документ к настоящему посту.
-----------------
А сейчас и здесь представим только краткие выводы о взаимосвязи серотонина и социального статуса:
====================
ВЫВОДЫ о роли серотонина в социальном статусе:
Высокий социально-групповой статус у самцов низших приматов, но только у самцов (а отчасти – и у более сложно в социальном плане устроенных людей) действительно сопровождается тенденцией к повышению активности серотонина в ЦНС, включая и увеличение его концентраций в крови и спинномозговой жидкости.
Связь между серотонином и социальным статусом является двунаправленной, обоюдной: высокий серотонин способствует приобретению более высокого социального статуса, в свою очередь приобретенный высокий групповой статус повышает у особи серотонин.
Серотонин является далеко не единственным гормональным агентом, влияющим на социальный статус особи. Приобретению более высоких рангов доминирования способствуют также повышенный тестостерон (обеспечивающий на должном уровне агрессивность), вазопрессин, у женщин – также окситоцин, и у всех полов – их более низкий кортизоловый статус. Влияют на групповой статус (либо его отражают) также концентрации в ЦНС ряда недавно открытых специфических нейропептидов. Таким образом, выстраивать однозначную связь между уровнями серотонина и социального статуса напрямую нельзя, хотя положительная корреляция между ними есть.
Следует помнить, что если у животных понятие социального статуса в группе достаточно универсально, то у человека следует различать по крайней мере две разные формы социального доминирования. Одна из них основана на авторитете в малой группе, где все друг друга знают в лицо. Здесь, по-видимому, роль высокого серотонина максимальна, поскольку он придает поведению человека уверенность, оптимизм, невозмутимость, аффилиативность (то есть способность к созданию тёплых, доверительных, эмоционально значимых отношений с другими людьми), повышает готовность заботиться о других и делиться (причем - с позиции уверенного в себе сильного), повышает в поведении деловую и белоэтическую компоненты (то есть – «серьезные» в соционическом смысле составляющие). Все эти факторы, несомненно, могут способствовать повышению авторитета человека в группе в рамках межгруппового взаимодействия, то есть ведут к росту его внутригруппового статуса. Вторая форма социального доминирования чаще встречается в больших человеческих сообществах (от крупных корпораций до государств), она является деспотической и основанной на нагнетании страха среди подчиненных. В рамках такой стратегии от доминантной особи требуются сила и жестокость, а не аффилиативность, амбициозность и эгоцентрическое властолюбие, а не ответственность за других, и роль, например, высокого уровня тестостерона в таком случае оказывается куда нужнее и важнее.
Даже в рамках взаимодействия одного только серотонина с социально-групповым статусом надо помнить, что речь идет не только о формальном повышении или понижении активности всей серотонинергической системы в целом, но в первую очередь о перестройке взаимосвязей между ее компонентами, когда изменение статуса сопровождается изменениями баланса в экспрессии серотониновых рецепторов разных типов (коих насчитывается около двух десятков). Серотониновая система служит посредником между ресурсами среды и состоянием организма. Она осуществляет регуляцию состояния организма в таком направлении, чтобы оптимально его приспособить к состоянию наличных ресурсов среды. В итоге ее действие на организм является не однофакторным, а мультифакторным – посредством изменений в балансе экспрессии многочисленных и сильно различающихся по своим функциям типов серотониновых рецепторов на нейронах и других клетках организма.
В целом у людей «много серотонина» (главный фактор его действия) порождает не только субъективное ощущение благополучия и уверенности, но также и более общее субъективное ощущение доступности и даже избытка имеющихся ресурсов (что в общем-то и является причиной чувства безмятежного благополучия). Повышенный серотонин в целом приводит к некоторому снижению поисковой активности, к консервативной установке на сохранение, а не на поиск и добывание, повышает настроение и снижает тревогу, улучшает осанку и выпрямляет спину, делает более прямым взгляд, делает человека более благодушным, создает ощущение уверенности, снижает страхи, повышает поведение сближения и уменьшает поведение избегания, снижает зависть, повышает социальную мотивацию делиться ресурсами с ближними, увеличивает также и мотивацию к занятию более высоких статусных уровней в социуме (потому что «почему бы и нет», поскольку ресурсы есть и «всё теперь доступно»). При этом «серотониновое властолюбие» выглядит не столько как агрессия и жадное конфликтное властолюбие (это – скорее к тестостерону), а скорее как уверенность в своем праве и постоянная готовность вершить чужие судьбы, отвечая за других, и «сидеть в президиуме». В свою очередь и текущий уровень серотонина зависит от текущей доступности ресурсов. А именно, после успешных достижений он повышается, после провалов и неудач – падает (и это не считая его суточных ритмов). Если много серотонина – будет и больше претензий на более высокий статус и на авторитет в группе. А чем выше достигнутый статус, сигнализирующий организму о его успешности и доступности более широких ресурсов, тем в свою очередь выше серотонин (пока полоса успехов не сменится длительной полосой неудач).
В ходе завоевания власти у человека в поведении может быть много агрессии и авантюризма, но после ее завоевания их уровень одновременно с ростом серотонина (констатирующего успешность победы и завоевания) снижается, а готовность раздавать блага ближним от своих щедрот – повышается. На этом, собственно, не совсем без причины основано весьма расхожее в народе мнение, что «пусть уж лучше остаются теперешние начальники, а не новые, эти-то хоть уже наелись, и от них хоть что-то нам перепадает».
Соответствующий прогноз обычно спотыкается о рациональные бетанские психотипы, и особенно ЭИЭ. Дело в том, что для ЭИЭ часто присущ настолько глубокий серотониновый дефицит, что никаким ростом социального статуса его компенсировать не удается. Поэтому, в частности, в 1930-е годы сильно обманулись в прогнозах те многочисленные и германские, и европейские политики и политологи, которые ожидали от Гитлера, что после завоевания и укрепления власти «всё утрясется» и его международная и внутренняя политика станет намного более договороспособной, компромиссной и миролюбивой.
========================
Полностью литобзор о связи серотонина и социально-группового статуса см. здесь:
http://otkroysebya.ru/5-HT_and_STATUS.docx
===============
#серотонин #кортизол #тестостерон #литобзор

